«Они мечтают увидеть этот мир»: интервью с автором выставки для незрячих людей

«Это можно нюхать? Это еще и трогать можно?» — удивляются люди, когда узнают об инклюзивных выставках Анны Кабировой для незрячих и слабовидящих. Весной 2020 года она презентовала свой первый проект для людей, страдающих от проблем со зрением: экспонаты действительно можно было трогать и нюхать, по-настоящему прикасаясь к современному искусству. Сейчас девушка продолжает продвигать идею об адаптации искусства для всех желающих и выставляется на Уральской биеннале, а еще готовит мероприятие, на котором незрячие люди смогут узнать, что такое цвет.

История проекта

Сделать проект для незрячих и слабовидящих Анна Кабирова захотела, когда два года назад познакомилась со студенткой психологического факультета МПГУ Анастасией Вислобоковой на презентации аромата для бренда Puresense. Девушки разговорились. Так художница узнала, что у Насти с рождения проблемы со зрением и та в своей курсовой работе планирует исследовать, как слабовидящие взаимодействуют с внешним миром. 

«Меня очень заинтересовала эта тема, и, начав свое исследование инклюзии, я сходила на кинематографический фестиваль про людей с инвалидностью. Там, среди прочих, посмотрела фильм о том, как три абсолютно незрячих друга поехали на пляж и купались по очереди. Если один человек шел в море, то другой сидел на берегу и давал какие-то ориентиры, чтобы тот вернулся. И меня поразило, настолько бесконечно пространство для незрячего человека», — рассказывает Кабирова. Это первое, что вдохновило ее за долгое время: семь лет она нигде не выставлялась, а до этого жила, училась и пробовала построить карьеру в Италии.

Девушки стали общаться и вскоре решили сделать совместный проект: Анна отвечала за создание выставки, а Настя затем писала работу о том, как люди, у которых есть проблемы со зрением, «прикасаются» к современному искусству. 

Весной 2020 года случился локдаун, и приятельницы поняли, что сейчас самое время работать над идеей. Они вдохновились перформансом японской авангардной художницы Йоко Оно «Sky piece to Jesus Christ» и сняли свой, где Настя наматывает на голову Анны бинты, тем самым изолируя ее от внешнего мира и зрячей слепоты. «Мы не хотим видеть мир таким, какой он есть, закрывая на него глаза, в то время как незрячие люди мечтают его увидеть», — таким был новый посыл. «Человек идет по улице и даже не поднимает голову, весь в своих мыслях. Он живет в своей голове и не понимает, что вокруг него происходит. А незрячие люди вообще никогда не видели синего неба. Они только по описаниям знают, какое оно», — объясняет художница.

Перформанс. Фото: Анна Полонеева

Далее Анна начала работать над скульптурами и ароматами. Девушка слепила из гипса 30 одинаковых тактильных изображений лиц, каждое из которых имело свой запах: побелка, пластик, хлеб, бумага, краска, озон... «Я создала ароматы, которые мы слышим в повседневности, потому что актуальное искусство — это про повседневную жизнь и обыденность», — рассказывает она. По ее словам, было важно сделать акценты на обычных запахах, ведь люди настолько к ним привыкают, что перестают наслаждаться: «Человек не остановится на секунду, не заметит, не понюхает, как пахнет свежескошенная трава».

Перемешиваясь, запахи создавали аромат Contemporary art, который передавал то, как пахнет современное искусство в галерее, где только-только открылась выставка. Отдельно его также нанесли на большой бюст Венеры — первой женщины, которую начали изображать скульпторы. Все это связано между собой: делая 30 скульптур, Анна отсылалась к французскому философу-постмодернисту Жану Бодрийяру и его трактату о симулякрах — сквозь время люди копируют и создают одно и то же. 

К выставке девушка создала саунд-арт: слышались приглушенные звуки разговоров людей и шорохи, чтобы незрячие люди почувствовали, будто находятся в переполненной галерее. Таким образом, Анна задействовала сразу несколько чувств человека: слух, осязание, обоняние, а для тех, кто видит, — еще и зрение.

Венера. Фото из личного архива Анны Кабировой

Организация выставки

Проект «Невидимый язык. Искусство под кожей» подготовили только к этой весне, на него галерея 22 Gallery выделила всего три дня — это единственное место, согласившееся принять у себя экспонаты. Но даже за такой короткий срок к Анне успели прийти около 80 человек. «Большинство галерей расписывают план экспозиций на два года вперед. Я это место случайно увидела в инстаграме, написала им душещипательное письмо, что если их галерея за доступную среду и толерантность, то возможно ли будет у них выставиться. Ребята сказали, что у них есть окно, и они готовы помочь», — вспоминает Кабирова. 

Привлечь посетителей тоже оказалось непросто, потому что мало кто хочет рекламировать неизвестного художника: «Когда я искала помещение, то переписывалась с благотворительными фондами, которые уверяли, что информационно помочь могут. К моему разочарованию, никто из них нас так не поддержал. В тот момент, когда нужно было анонсировать, все куда-то делись. За исключением Настиного института, ресурса Curate Moscow и ребят из 22 Gallery. Благодаря Curate Moscow к нам на выставку даже пришли сотрудники «Гаража» [музей современного искусства. — Прим. Мяч!Медиа]. По крайней мере, я думаю, что они узнали о ней оттуда».

Фото из личного архива Анны Кабировой

Зато Анне не пришлось тратиться на аренду помещения: за три дня пользования сотрудники галереи совсем ничего не взяли. Анна выделила деньги только на подготовку: материалы экспонатов, покраску стен и крепление. «Ребята из галереи нас очень выручили. Я даже не ожидала, что такое волшебство бывает: они приехали с шуруповертом и, не успела я разложить скульптуры на полу, как их уже повесили на стены, — рассказывает художница. — Основные деньги ушли на транспортировку экспонатов и съемку перформанса, потому что мы арендовали студию. Нам помогал оператор Дмитрий Харламов и даже режиссер — мой друг Павел Куликов, на бесплатной основе. Визажист и фотограф тоже работали бесплатно.  Для начинающих творцов нормально делать проекты в коллаборации, для портфолио, а мы указали их в титрах». 

Итоги выставки и планы на будущее

Анна вдохновилась своим опытом в организации выставок и решила дальше развивать инклюзивный подход: «Я очень довольна результатом, так как впервые взаимодействовала с галереей в Москве (до этого была практика только с итальянскими галереями), хоть и пришлось самой выступать в роли архитектора площадки, куратора… Особенно довольна от общения с незрячими людьми. Все конечно, очень разные, но я почувствовала большое тепло. Получили всего лишь один негативный отзыв, и то из-за того, что галерею сложно найти: там много входов и путаницы. Были ребята, человек десять, которые прибежали почти под самое закрытие. Они узнали о выставке на Curate Moscow. Сначала отнеслись скептически: «Это можно нюхать? Это можно еще и трогать?» Тут я начинаю им объяснять… Мы их еле выгнали потом, у них накопился миллиард вопросов, им безумно понравилось.

Фото из личного архива Анны Кабировой

Очень интересно послушать ассоциации, потому что у каждого человека они свои: для кого-то один объект пахнет баней, для кого-то — гудроном, а для меня, например, вообще полиграфией. Мы делали анкетирование, узнавали о впечатлениях, исследовали все, что думают и чувствуют посетители. Интересно, что зрячие люди вообще сильнее стеснялись трогать и нюхать экспонаты, потому что обычно это считается моветоном. «Никто меня не видит? Ну ладно, я понюхаю». Так как для полноты исследования Настя попросила не рассказывать посетителям о проекте, чтобы не было одинаковых ответов, то мы не размещали экспликацию. В связи с этим я поняла, она все-таки очень важна и надо все объяснять, иначе люди не понимают, какой философский смысл вообще в этом заложен». 

Выставку Анны заметила сотрудница РАН из Института этнологии и антропологии, которая увидела анонс в интернете: «Мы познакомились, и она пригласила нас [с Настей] поучаствовать в семинаре с ее коллегами. В итоге нам предложили сотрудничать: хотят на следующей моей выставке изучить уже на более профессиональном уровне, как незрячие взаимодействуют с искусством. Сейчас я как раз готовлю дополнение к прошлому проекту, хочу показать слепым людям, что такое цвет. Пока не стану раскрывать все секреты, но скажу, что задействуем непривычные органы чувств для восприятия. Самого цвета не будет, останется только его составляющая. Рабочее название проекта — «Цвет как новая этика». 

Уральская биеннале. FACE ID

Отправляя работу на Open Call Уральской биеннале, за основу Анна снова взяла инклюзию. Идея была уже другая: девушка делала слепки своего лица каждый день, фиксируя реакцию на отказы в участии в экспозициях. Кабирова хотела передать боль художника и любого творческого человека, который не может пробить стену уже сформированного креативного сообщества и десятки раз слышит «нет». К слову, это ее первое участие в таком масштабном мероприятии и первое признание ее как художника в России. Проект называется Face ID. Слушать аромат экспонатов и трогать их, конечно же, можно. 

«Мне очень повезло. Обычно на биеннале приглашают художников, и попасть туда очень сложно: надо, чтобы тебя заметили. А здесь впервые за его историю объявили такой open call. Пришло 600 портфолио, из которых кураторы отобрали всего 82 работы. Но позже решили сделать еще одну отдельную экспозицию с проектами тех, кто получил отказ. Тема называлась «Обнять и плакать». Организаторы попросили прислать собственную реакцию на то, что нас не взяли в основной проект. Я сняла перформанс, который вошел в экспозицию, как и все реакции художников. Куратор пересмотрел мое портфолио и все-таки взял проект FACE ID в основную экспозицию», — делится Кабирова. После биеннале Анна планирует выставляться со всеми своими проектами в Москве и в Италии, она уже согласовывает площадки. 

Face ID на Уральской биеннале. Фото: Лев Шукаричев

Автор: Виталина Василенко