Искусство Жить вообще: как работает НКО, помогающее переселенцам в Воронеже

Юлия Никифорова переехала в Россию в 2014 году — как и сотни тысяч других вынужденных переселенцев из Украины. Но как жить в новой стране, пусть близкой по культуре и языку, она не знала. Проходя этот путь одной из первых, Юлия помогала другим легализоваться, осваиваться и не отчаиваться. Как из группы взаимопомощи выросло НКО «Искусство Жить», Юлия рассказала корреспонденту Мяч!Медиа Анастастии Никушиной.

Прохожие ничего не подозревали о моем состоянии

В 2014 году мы уезжали из Луганска в Воронеж в пять утра с автовокзала. За пару дней до нашего отъезда там произошел взрыв, российские автобусы перестали ходить. Кто-то сказал, что рано утром будет одна маршрутка.

Я боялась, что автобус могут взорвать по пути. Всю дорогу молилась: мы ехали всей семьей, с маленькой трехлетней дочерью. И когда на блокпосте к нам зашел человек с оружием, проверяющий сумки, было очень страшно. Только когда пересекли границу, я смогла спокойно вздохнуть. На трассе М-4 нас высадили, но автобусы там ходили уже каждый час. Мы купили билет на попутку. Сидели, ждали. Мимо ходили люди, ничего не подозревающие о моем состоянии. 

Фотографии предоставлены Юлией Никифоровой

«Только тогда, на М-4 в ожидании автобуса до Воронежа, тревога начала уходить».

Я долго не могла поверить, что такие события происходят со мной. Мы планировали поехать в Россию ненадолго. Думали, что все это недоразумение закончится в ближайшие недели, максимум через пару месяцев, и мы вернемся домой. Но поездка затянулась и продолжается уже восьмой год.

Нужно было помогать, вот и вся история

Мои мама и папа — граждане России, мама здесь родилась и выросла, у родителей есть жилье. Я была уверена, что могу прийти в миграционную службу, мне выдадут российский паспорт и сразу пропишут. «Вы сначала сделайте постановку на миграционный учет», — вздохнула девушка из миграционной службы. С этого момента началась моя история получения правовых статусов и российского гражданства.

 Вынуждено покинувшим свои дома людям из Донецкой и Луганской областей необходимо получать временное убежище, чтобы жить, работать, обращаться за медицинской помощью. Для Воронежа это было в новинку. Людей со статусом «беженец» сначала не брали на работу, невозможно было купить билет на вокзале. При этом никаких помогающих организаций не было, кроме благотворительных, а в государственных приемных давали только общую информацию. Так что о наших правах не знали ни мы сами, ни тем более воронежцы.

«Мы начали решать проблемы своими силами: объединились в интернет-сообщество, стали делиться опытом».

Эту информацию мы структурировали, собрали все: перечни документов, бланки, образцы заполнения по районам, в которых есть особые нюансы. Люди, которым мы помогали, подавали заявления с первого раза. 

Обычно в процессе миграции люди сначала решают все вопросы на родине, продают имущество, собирают вещи, информацию о принимающей стране, готовятся морально. Мы переезжали стихийно: кто что взял с собой, с тем и приехал, ни на какие подготовительные этапы не было времени. Нам тогда помогли благотворительные организации, церкви, простые воронежцы: они раздавали вещи беженцам, в частности через группу во «ВКонтакте». Поддержка была очень существенной, люди делились продуктами, одеждой и бытовыми принадлежностями, кто мог — предоставлял жилье на льготной основе. Работали пункты временного размещения, но они принимали ограниченное количество людей и к тому же просуществовали недолго, до 1 сентября 2014 года. Вынужденным переселенцам нужно было самим решать свои проблемы: снимать жилье, заботиться о легальном нахождении, искать работу, устраивать детей в сады и школы.

За два года через нас прошли тысячи людей, но понимание, что такое НКО, было смутным

Сначала я вообще не собиралась никому помогать. Первое сообщество для переселенцев в ВК создавала не я, а попала в него случайно. Уже после я открыла там же сообщество «Искусство Жить»  под нашу организацию, оно до сих пор является нашей основной площадкой. Общаясь с другими людьми, я впервые остро почувствовала, что мне легче, чем остальным переселенцам: у меня есть родственники в России, поддержка, есть дом, где можно прописаться. А у людей нет даже денег, чтобы оплатить регистрацию и встать на миграционный учет. Я вошла в инициативный состав группы, вообще не задумываясь об ответственности, нагрузке и эмоциональном выгорании.

 Когда я получила гражданство РФ, решив основную проблему, я могла начать обустраивать свою жизнь. Но поняла, что не могу уйти от сообщества. Да, я найду работу, отвлекусь, но проблема останется, останутся люди, которым я могла бы помочь.

Богатый накопленный опыт было даже жалко оставлять. К тому же мне продолжали писать люди. 

Тогда я вместе с другими активистами решила, что нашу деятельность нужно переводить на новый уровень. За два с половиной года через нас прошло уже несколько тысяч человек, но понимание, что вообще такое НКО и как работает некоммерческий сектор, было очень смутным. Речь о выстраивании стратегических долгосрочных планов, целей и задач не шла вовсе. 

«Существует два подхода к созданию НКО: либо экстренный, когда нет времени на проработку проекта, либо последовательный и постепенный. Мы шли по первому пути».

В 2016 году впервые встал вопрос о плане работы. Статус некоммерческой организации позволил бы нам официально заявить о своем существовании, уже на другом уровне решать проблемы переселенцев, а также участвовать в грантовых программах. Я прошла образовательный курс по созданию НКО в Ресурсном центре поддержки некоммерческих организаций Воронежской области, начала готовить документы и устав, нарабатывать практику. Курсы помогли определить структуру организации.

В мае 2017 года со второй попытки получили свидетельство о регистрации НКО Центр социально-правовой поддержки переселенцев «Искусство Жить».

Сейчас у нас есть четыре направления работы:

  1. Информационно-правовая поддержка. Юристы консультируют людей по правам иностранных граждан, помогают получить легальный статус и решить вопросы с трудоустройством, жильем, образованием, здравоохранением, всевозможными выплатами. Продолжает работать сообщество «ВКонтакте», где переселенцы делятся личным опытом, публикуются новости по направлениям работы «Искусство Жить». Еще у нас есть очные консультации. На приеме мы разбираем ситуацию человека, составляем персональную дорожную карту. 

  2. Мероприятия по социокультурной адаптации и интеграции мигрантов. В процессе адаптации мигрант приспосабливается бесконфликтно жить в принимающем социуме, сохраняя свои связи с прежним местом проживания. Он все еще «чужой среди своих». А интеграция — уже заключительный этап миграции, который подразумевает глубинное встраивание в принимающий социум. В этот момент у человека уже существенно ослабляются связи с местом, из которого он переезжает. В России есть «круг льготных категорий» для граждан Украины, Казахстана, Молдовы, Луганской и Донецких областей: они могут оформить гражданство в упрощенном порядке. Но с такими людьми все равно нужно заниматься, адаптировать их к жизни в России.
    Мы работаем сразу в двух направлениях. Первое — организуем мероприятия по знакомству с культурой и традициями региона, выездные экскурсии, походы в театры: иногда нам выдают благотворительные билеты. В этом случае переселенцы скорее слушатели-зрители. Но мы также хотим, чтобы они действовали сами. Поэтому второе направление — наши собственные фестивали и участие в региональных мероприятиях. У нас проходит ежегодный фестиваль «Добрый край Воронежский», который знакомит людей с работой некоммерческого сектора. Еще есть «Воронеж многонациональный», цель которого — развитие культуры и укрепление межнационального мира и согласия. Наши мастерицы принимают в них активное участие, организуют работу площадки, проводят творческие занятия и интегрируются в общество. Так переселенцы чувствуют свою сопричастность к гражданскому обществу, к важному делу, которое они сами делают. Это их очень вдохновляет. 

  3. Психосоциальная помощь. Переселенцы постоянно нуждаются в психологической поддержке. У нас проводятся очные консультации и групповые встречи с психологом, на которых мы выбираем тему для обсуждения и прорабатываем стрессовые ситуации. Проводим небольшие тренинги на развитие коммуникативных навыков, проработку ПТСР (посттравматического стрессового расстройства. — прим. Мяч!Медиа). Это особенно важное направление для переселенцев с востока Украины. В сложных ситуациях проводятся личные консультации.

  4. Благотворительная помощь. На базе организации работает благотворительный склад, куда каждый желающий может принести пожертвование в виде одежды, детских вещей, игрушек, предметов первой необходимости. За помощью может обратиться любой нуждающийся.

Когда мы создали НКО, не хватало понимания и поддержки, не с кем было посоветоваться. Это был трудный период. У меня был постоянный эмоциональный лифт туда-сюда. Со временем мы стали обрастать социальными связями, появился опыт, нас стали замечать. 

«Работать в сфере некоммерческого сектора очень непросто и в то же время очень интересно. Но у меня всегда есть мотивация, которая со мной с самого начала: моя деятельность направлена на улучшение положения переселенцев, она приносит пользу людям». 

Такие проблемы не разрешаются за один прием

К нам не обращаются с легкими проблемами: каждый второй случай — сложная ситуация. Есть правовые вопросы, связанные с депортацией и выдворением из РФ. В основном к нам обращаются по поводу нарушения режима пребывания, из-за административных нарушений. Пока человек находится в России даже нелегально, нарушив правило пребывания 90/180, но ему не вынесено судебное решение, работать проще. Если есть решение, то проблема усугубляется. Нужно готовить судебные иски, проводить процедуру снятия запрета. 

Но если говорить про совсем трудные случаи адаптации в российском обществе, то с ними сталкиваются скорее иностранцы из дальнего зарубежья. К нам недавно обратилась многодетная мать из Конго. Она родилась тут, в России, а потом ее младенцем увезли в Африку. Сейчас она вернулась к матери, не зная ни языка, ни культуры. И хотя она быстро получила паспорт РФ, ее ситуация хуже, чем у многих переселенцев без документов. Мы вместе смогли выделить основные направления работы по ее проблемам, очаги. Часть вопросов удалось решить, а с чем-то мы не смогли помочь, пришлось перенаправлять в другие организации.

Сложные жизненные ситуации не разрешаются за один прием. У человека должны быть внутренние силы и мотивация, потому что когда проблемы наваливаются разом, у многих опускаются руки. Истории о переселении могут длиться годами, а выход из кризисных ситуаций занимает еще несколько лет. Поэтому мы и оказываем психологическую поддержку. Но хорошо, как в случае этой девушки из Конго, когда у человека есть друзья, готовые помочь. Ее к нам, например, привел русскоговорящий знакомый.

России нужно больше таких организаций, как наша

Мы работаем не только с украинскими переселенцами, но и с людьми из других стран, в частности с трудовыми мигрантами. Сейчас мы представляем Федерацию мигрантов России, которая как раз работает с иностранцами, приехавшими на заработки. Граждане РФ могут пользоваться «Госуслугами» и быстро решать проблемы с документами, но для мигрантов такая опция пока ограничена или недоступна вовсе, хотя она сильно упростила бы подачу заявлений. Сейчас создаются ID-карты для мигрантов, вносятся изменения в законодательство, недавно была создана концепция миграционной политики РФ. Но пока мы должны работать с тем, что есть.

Воронежская область — приграничный регион, так что спрос на нашу работу определенно есть. У нас большой поток подопечных, и за этим, наверное, кроется одна из главных проблем в этом секторе НКО — недостаток таких организаций, как наша. Они есть не во всех регионах, поэтому порой люди, переезжающие в соседние области, вынуждены обращаться за помощью к нам. Причем такая ситуация есть и там, где существуют организации, подобные нашей: в последнее время, например, много обращений из Москвы.

Нас находят через поисковики, публикации в СМИ и телесюжеты, по группе во «ВКонтакте» — там сейчас больше 8000 человек, это самый крупный бесплатный ресурс для мигрантов в Черноземье.

Лучше всего работает сарафанное радио, которое, кроме привычных путей, действует через очереди в миграционной службе. Люди сидят, ждут, общаются между собой, а потом рассказывают про нас.

Приятно, когда к нам направляют сами органы государственной власти. У нас есть Центр добровольного переселения соотечественников, который работает с участниками государственной программы переселения, оформившими все необходимые документы. Но вот с теми вопросами, которые возникают до получения регистрации, Центр отправляет к нам. Мы также общаемся с коллегами из некоммерческого сектора, они помогают нашим подопечным и отправляют к нам своих, если у тех возникают релевантные вопросы.

Финансовой устойчивости не хватает не только нам

Работа и внешние связи любого НКО зависят от его типа. Наше общество, например, зависит от национальной политики РФ, мы ее поддерживаем и реализуем. Некоммерческая организация в нашем случае — третий элемент, связующее звено в отношениях между органами власти и обществом. И если мы уберем из цепочки органы власти, наша работа потеряет всякий смысл, без поддержки и взаимодействия с государством она невозможна, мы ни одного вопроса без него не решим. Но и они без нас тоже будут хуже справляться в сфере национальной и миграционной политики. Тут идет взаимный процесс и взаимный обмен. При этом само НКО существует не за бюджетные средства.

Из-за того что наша НКО была создана по первому, экстренному типу, мы изначально не продумывали систему финансовой устойчивости и в этом пока проседаем. У нас нет постоянного источника финансирования, своего помещения. С этим нам помогают местные органы власти. Иногда мы выигрываем грантовые конкурсы и тогда эффективнее реализуем наши цели и задачи. Но когда грантов нет, мы ведем только базовую деятельность. Правда, финансовой устойчивости не хватает не только нам: это глобальная проблема для всех некоммерческих организаций в РФ.

Основные направления работы организации существуют на волонтерских началах. Так у нас работает и благотворительный склад, и система информационно-правовой поддержки. В качестве волонтеров мы стараемся привлекать самих переселенцев, которые уже интегрировались в местное сообщество. Это открытые люди, которые готовы помогать другим.

Сложно назвать переселенцев из Донбасса мигрантами

Большинство людей даже не представляет, что переезд в РФ и получение российского гражданства — это сложная задача, которая может быть серьезной проблемой. Но когда рассказываешь, что занимаешься такой деятельностью — работаешь с беженцами, решаешь проблемы мигрантов, — местные жители слушают с интересом и даже могут предложить помощь. Например, говорят: «Я работаю в такой-то организации, нам нужны люди», и мы договариваемся с работодателем, размещаем их вакансии.

В регионе проводился опрос местного Института общественного мнения, в частности исследовался межнациональный вопрос. Воронежцы ставят его на четвертое место по важности (15%), в то же время экономические вопросы волнуют 70% респондентов. У нас работает Национальная палата при губернаторе Воронежской области, в которой я эксперт. Она нужна потому, что в регионе живут представители множества национальностей.

  Ситуация с мигрантами в принципе не оставлена на самотек: органы власти проводят комплексную работу по поддержке местных сообществ и развитию межнациональных отношений. Практика нашего НКО считается успешной в решении межнациональных конфликтов.

Украинцы в основном не сталкиваются с каким-то неприятием. По крайней мере я такого никогда не встречала. Наверное, играет роль то, что у многих родственники на Украине. Тут есть вкрапления украинской культуры, в Воронежской области, по официальным данным, есть 13 украинских национальных районов, где говорят на суржике — смешении русско-украинского языка. Поэтому сложно назвать переселенцев из Донбасса мигрантами, это даже не звучит, хотя с правовой точки зрения так и есть. 

Работа с людьми после того, как они получили российский паспорт, у нас не кончается. Мы не говорим: «Все, иди, дальше занимайся сам и решай свои вопросы». 

«Когда человек получает паспорт, он не становится в один момент гражданином Российской Федерации. Часто он не знает, как себя дальше вести».

Если это многодетная семья, то она имеет право на ряд льгот, но как их получать? Если молодой человек, то он должен встать на воинский учет, с этим мы тоже подсказываем. Продолжается и социокультурная адаптация: паспорт не означает интеграции в общество. Даже я сама не могу сказать, что окончательно решила все свои социально-бытовые вопросы.

  Нас всех объединил кризис, который и позволил создать наше землячество. Мы общаемся не только на общественной работе, но и между собой. Некоторые люди сроднились благодаря «Искусству Жить». При этом мы не обособляемся от остальных воронежцев, просто в НКО человек всегда может найти поддержку, не чувствует себя одиноким. Он легче справляется со своими проблемами, потому что знает: «Вокруг меня есть такие же люди, как я».

Конечно, дать адекватную оценку своему детищу я, наверное, не могу. Для меня оно всегда самое лучшее и красивое. Но мы получаем обратную связь от людей в виде комментариев и личных сообщений. По ним мы проводим мониторинг, анализ и выстраивание нашей дальнейшей работы. Нам важно быть востребованными для нашей целевой аудитории. Перед интервью, например, я попросила участников ответить на вопрос, что для них «Искусство Жить».



«Особенно важно, что люди пишут: «Я чувствую себя человеком в этой новой жизни».  

Это значит, что у них получается справиться с психологическим напряжением, почувствовать себя полноправным членом принимающего общества. Все-таки человек в статусе иностранного гражданина постоянно находится в стрессе: если он что-то продлил не в то время, не оформил, он получает штрафы, а за определенное их количество выдворяется из страны. И нам приятно понимать, что благодаря «Искусству Жить» у людей появляется надежда, силы, им удается решать свои вопросы.

«Искусство Жить» не только организация психологической помощи. У нас есть потенциал для развития, содействия в адаптации и интеграции мигрантов в российское общество и перспективы сотрудничества с органами государственной власти, выстраивание более тесных связей и даже международного сотрудничества. Мы активно работаем с «Ассамблеей народов России» — крупнейшей организацией общественно-государственного значения, отправляем туда наших сотрудников для повышения экспертности.